График работы:с 9:00 до 18:00 (пн-пт)

Верховный суд обобщил практику по спорам о госзакупках по 44-ФЗ

Верховный суд опубликовал 73-страничный обзор практики рассмотрения дел, связанных с законодательством о контрактной системе в сфере закупок для государственных и муниципальных нужд. "Право.ru" обращает внимание на ключевые моменты обзора.

Если заказчик указывает в документации аукциона особые характеристики товара, которые отвечают его потребностям и необходимы с учетом специфики использования предмета закупки, это нельзя трактовать как ограничение круга ее потенциальных участников.

Указание на необходимость поставки лекарства в герметичной упаковке было обусловлено спецификой его назначения и способа применения: препарат в ампуле после того, как ее вскроют, нельзя будет хранить, чтобы воспользоваться им еще раз, флакон же решит это проблему. Это приведет к экономичному использованию лекарства и обеспечит соблюдение принципа эффективного использования источников финансирования. Вместе с этим будет соблюдаться и принцип конкуренции, поскольку иных ограничений, например, по количеству действующего вещества или дозировке в документации не было.

"Возможное сужение круга участников закупки с одновременным повышением эффективности использования финансирования (обеспечением его экономии), исходя из положений п. 1 ст. 1 закона о контрактной системе, не может само по себе рассматриваться в качестве нарушения требований закона о защите конкуренции."

Да и то, что круг участников закупки сузился, антимонопольщики не доказали: в госреестре зарегистрированы два производителя, которые выпускают нужное лекарство во флаконах, и все семь участников закупки были готовы поставить препарат от обоих.

А вот включение в документацию требований, которые указывают на конкретного производителя товара, в отсутствие специфики его использования, нарушает ст. 33 закона о контрактной системе.

Другой заказчик, который тоже закупал медикаменты, указал в документах такие требования к форме таблетки, способу ее деления и фасовке, которым соответствовал только препарат одного конкретного производителя. Один из участников тендера подал жалобу в ФАС, но ведомство признало ее необоснованной, и тот отправился в суд. Первая инстанция и апелляция согласились с антимонопольщиками, а арбитражный суд округа – нет.

Он указал, что заказчик включил в аукционную документацию такие требования (лекарственная форма, дозировка, форма выпуска), которые "не относятся к фармакологическим свойствам лекарственного препарата, никак не связаны с терапевтической эффективностью и не обусловлены спецификой назначения и применения закупаемого препарата", зато прямо указывают на его единственного производителя.

При этом доказательств того, что любой из участников закупки мог обеспечить поставку именно этого препарата, не было. Поэтому суд вполне обоснованно сделал вывод о том, что заказчик нарушил правила размещения документации, что "привело к созданию необоснованных препятствий для участников спорной закупки, повлекших сокращение их количества, что является признаком ограничения конкуренции".

Если закон запрещает проводить госзакупку товаров, происходящих из иностранных государств, то участники аукциона должны приложить к заявке документы, подтверждающие страну происхождения товара, который они предлагают.

Заказчик отклонил заявку участника тендера, потому что в документах к ней не было подтверждения, что товар производится в России, хотя в аукционной документации такое требование имелось. Несмотря на это, ФАС решила, что заказчик нарушил ч. 7 ст. 69 закона о контрактной системе, то есть приняла решение об отклонении заявки по основаниям, не предусмотренным ч. 6 все той же ст. 69, и предписала устранить нарушения. Заказчик вместо этого пошел в суд, требуя признать решение и предписание антимонопольщиков недействительными.

Первая инстанция и апелляция требования удовлетворили, указав, что затребованная заказчиком декларация "не является допустимым доказательством, позволяющим идентифицировать товар как происходящий с территории определенного географического объекта", а иные документы, позволяющие определить страну происхождения предложенных к поставке товаров в заявке не значились. Арбитражный суд округа акты нижестоящих инстанций отменил, указав, что в силу п. 3 ч. 5 ст. 66 закона о контрактной системе заказчик не вправе в момент подачи заявок требовать документов о стране-производителе, которые по закону передаются уже вместе с товаром, да и нормами п. 2 ст. 456 ГК (обязанности продавца по передаче товара) такая обязанность не предусмотрена.

В результате дело попало в ВС, где экономколлегия отменила постановление кассации, оставив в силе решение суда первой инстанции и постановление апелляции. Судьи напомнили о постановлении правительства № 1224 "Об установлении запрета и ограничений на допуск товаров, происходящих из иностранных государств, работ (услуг), выполняемых (оказываемых) иностранными лицами, для целей осуществления закупок товаров, работ (услуг) для нужд обороны страны и безопасности государства" от 24 декабря 2013 года и постановлении № 9 "Об установлении запрета на допуск товаров, происходящих из иностранных государств, работ (услуг), выполняемых (оказываемых) иностранными лицами, для целей осуществления закупок товаров, работ (услуг) для нужд обороны страны и безопасности государства" от 14 января 2017 года. Оба они не допускают закупку иностранных товаров и услуг для нужд обороны и безопасности, за исключением случаев, когда в России они не производятся в принципе или не соответствуют требованиям заказчика. ВС указал, что заказчику товар был необходим именно для таких нужд, а значит, он имел право требовать документы, удостоверяющие страну происхождения. Но запрашивать ему стоило не декларацию, а, например, сертификат о происхождении товара, выдаваемый по правилам определения страны происхождения товаров в СНГ от 20 ноября 2009 года.

Стороны не могут допсоглашением изменять сроки выполнения работ по государственному (муниципальному) контракту, если иное не прописано в законе и заключенном в соответствии с ним контракте.

Муниципалитет и застройщик заключили договор на строительство многоквартирного жилого дома, который должны были сдать до 1 ноября 2013 года. Позже выяснилось, что достроить его вовремя строительная компания не может, и стороны подписали дополнительное соглашение, которым откладывался ввод многоэтажки в эксплуатацию до 31 августа 2014 года. Прокурор посчитал, что оно противоречит закону о контрактной системе, и обратился в суд, требуя признать соглашение недействительным.

Первая инстанция и апелляция отказали в иске, посчитав, что если сдать объект вовремя невозможно по объективным обстоятельствам, стороны могут изменить сроки допсоглашением. АС округа акты предыдущих инстанций отменил, сославшись на п. 2 ст. 34 закона о контрактной системе, где говорится что при заключении и исполнении контракта его условия должны оставаться неизменными за редкими исключениями (перечислены в п. 1 ст. 95 все того же закона). А временной невозможности исполнения обязательств, на которую ссылался застройщик, в этом перечне нет.

"Суд счел, что проведение аукциона на одних условиях, а после фактическое их изменение (продление срока) для победителя "ограничило конкуренцию между участниками размещения заказа, что могло повлиять на цену контрактов". "

Стороны государственного (муниципального) контракта не вправе заключать допсоглашение, предусматривающее увеличение цены контракта более чем на 10%. Такое условие допсоглашения является ничтожным, если иное не следует из закона.

Администрация муниципалитета по итогам конкурса заключила контракт с организацией на поставку оборудования. В ходе его исполнения выяснилось, что нужно закупить дополнительные единицы товара. По предложению заказчика стороны заключили допсоглашение, предусматривающее в том числе условие об увеличении цены контракта на сумму более 20%. Однако после поставки товара в новом объеме заказчик отказался оплачивать стоимость дополнительного оборудования, поэтому поставщик обратился с иском в суд. Первая инстанция и апелляция полностью удовлетворили исковые требования. Суды указали, что документация о закупке предусматривала возможность изменения условий контракта, при этом поставщик доказал факт заключения допсоглашения с заказчиком и то, что последний принял товар.

АС округа отменил акты нижестоящих инстанций и удовлетворил требования поставщика частично: в размере, соответствующем 10% от цены контракта. Согласно п. 1 ст. 95 закона о контрактной системе изменение существенных условий государственного (муниципального) контракта возможно лишь при одновременном соблюдении двух условий: 1) такая возможность предусмотрена в документации о закупке и контракте, 2) если по предложению заказчика увеличивается количество товара с последующим пропорциональным увеличением цены, но не более чем на 10% от цены контракта. Таким образом, закон предусматривает ограничения для изменения цены контракта. Эти ограничения касаются как поставщика, так и заказчика, и объясняются тем, что заключению контракта предшествует выбор поставщика на торгах, при проведении которых участники предлагают условия поставки заранее, и победитель определяется исходя из предложенных им условий. В документации о закупке и контракте, заключенном сторонами, предусмотрена возможность его изменения по соглашению сторон. Вместе с тем условие допсоглашения, согласно которому цена контракта увеличивается более чем 10%, является ничтожным, поскольку противоречит закону и при этом посягает на публичные интересы и права третьих лиц – других участников закупки.

Поставка товаров, выполнение работ или оказание услуг для государственных или муниципальных нужд в отсутствие контракта не дает исполнителю право требовать их оплаты.

Компания на основании доверенностей, выданных администрацией муниципального образования, представляла ее интересы в суде. При этом договор стороны не заключали. Сославшись на то, что администрация не оплатила услуги, фирма обратилась в суд с иском о взыскании с нее неосновательного обогащения. Первая инстанция удовлетворила исковые требования. Она исходила из того, что администрация получила услуги от компании, а следовательно, должна их оплатить. Апелляция отменила это решение и отказала в удовлетворении иска, с ней в дальнейшем согласилась кассация.

Дело дошло до ВС. Оказывая услуги без муниципального контракта, заключение которого является обязательным в соответствии с нормами закона о контрактной системе, фирма не могла не знать, что работы выполняются ей в отсутствие обязательств, указал ВС. Следовательно, в силу п. 4 ст. 1109 ГК она не вправе взыскивать с администрации плату за фактически оказанные услуги. Другой подход допускал бы поставку товаров, выполнение работ и оказание услуг для государственных или муниципальных нужд в обход норм закона о контрактной системе. В итоге ВС оставил постановление суда апелляционной инстанции и арбитражного суда округа без изменения.

При этом нельзя отказывать в удовлетворении иска об оплате услуг, оказанных в отсутствие госконтракта или с превышением его максимальной цены, в случаях, когда из закона следует, что их оказание является обязательным для исполнителя вне зависимости от его волеизъявления.

Государственное медицинское учреждение заключило с частной медорганизацией договор по оказанию специализированной медпомощи пациентам. Когда срок договора истек, стороны по итогам открытого аукциона заключили новый госконтракт на оказание медуслуг. Однако исполнитель указал, что оказывал помощь пациентам, направляемым заказчиком, также в период между истечением первого договора и заключением второго. Задолженность компания решила взыскивать через суд. Первая инстанция и апелляция отказались удовлетворить ее иск, указав, что услуги оказывались в спорный период в отсутствие госконтракта.

Однако кассация отменила вынесенные ими акты. Гемодиализ (метод заместительной почечной терапии) оказывается пациентам с хронической болезнью почек, то есть является жизненно важной процедурой, которую нельзя прерывать. Поэтому медорганизация была не вправе отказать в оказании жизненно необходимой медпомощи из-за превышения объема финансирования для оплаты оказанных медуслуг. Кроме того, лечебная организация в силу закона "Об обязательном медицинском страховании в РФ" не вправе отказать в медпомощи обратившимся застрахованным гражданам.

Довод заказчика о том, что исполнитель должен был перенаправить пациентов в лечебное учреждение заказчика для продолжения лечения, кассация отклонила как не основанный на положениях законодательства РФ. При этом бездействие заказчика, а именно непроведение им конкурса и незаключение госконтракта в необходимый для бесперебойного оказания медпомощи срок, в таких случаях не может служить основанием для прекращения или приостановления выполнения государственно и социально значимых функций, заключила кассация.

Собственник помещения в здании обязан оплачивать расходы по содержанию и ремонту общего имущества в силу закона. Эта обязанность не обусловлена наличием договорных отношений и заключением государственного (муниципального) контракта.

Управляющая компания обратилась в суд с иском к муниципалитету, которому принадлежит помещение в многоквартирном доме. УК потребовала взыскать с собственника задолженность за услуги по содержанию и ремонту общего имущества. Первая инстанция и апелляция отказали в удовлетворении иска, указав, что договорные отношения с муниципалитетом возможны только на основании заключенного муниципального контракта. Однако стороны его не заключали.

Кассация отменила акты нижестоящих инстанций. Арбитражный суд округа пришел к выводу, что обязательство собственника нежилых помещений по оплате расходов на содержание и ремонту общего имущества возникает в силу закона и не обусловлено наличием договорных взаимоотношений с УК. Последняя также в силу закона обязана оказывать услуги по содержанию общедомового имущества в многоквартирном доме, и она не могла отказаться от этих обязательств даже при отсутствии контракта с муниципалитетом. А тот факт, что он не заключил соответствующий контракт, не освобождает его от внесения платы за содержание общедомового имущества.

Автор: Елена Китова

https://pravo.ru/news/view/142209/?cl=DT
2017-07-13 16:43:59